Фотограф

Несколько фактов о фотографии, которая показывает, что люди — хорошие.

Ее снял фотограф Макс Левин на четырнадцатый день войны. Точнее, фотографий — две. Автор второй — Михайло, коллега Макса. На первой: группа людей, внимательный взгляд насчитает четырнадцать человек. Они несут сумки, рюкзаки. Трое только что переправились через реку. Ирпень. Река называется так же, как расположенный поблизости город, граничащий с Киевом на западе. С левой и с правой стороны кадра мы видим ее мелкое, но стремительное течение. Начало марта, вода скорее всего ледяная. В ее зеркале — низкое небо. Над головами бегущих — бетонный пролет разрушенного моста в Романовке. Первым идет мужчина, лет тридцати с небольшим, в очках, в шапке, в черной куртке с меховой оторочкой на капюшоне, в джинсах. Он несет на руках здоровенную немецкую овчарку. Голова собаки касается арафатки, которой обмотана шея хозяина, а хвост — его кроссовок. Пес ухоженный и доверчивый, кажется, что именно он на фотографии — центральный персонаж, ее основное содержание. Снимок показывает, что люди, бежавшие от войны, забирали с собой животных. Даже таких крупных и тяжелых, как эта овчарка.

Позади мужчины — женщина, ее возраст трудно определить. Как трудно определить и выражение ее лица. Уставшее? Испуганное? Униженное? А может, яростное? На женщине белая шерстяная шапка, длинная темная куртка. Она взяла с собой две жалкие сумки. Первая — побольше, розовая. Похожа на чехол от одеяла. Вторая — в полоску, с логотипом Hello Kitty. Сумки несет не она, ей помогает полицейский. В темно-синей форме, в бронежилете, с четырьмя звездочками на рукаве. Он поддерживает женщину под руку. Она держится за мужчину, несущего овчарку. Может, это ее сын, может, сосед. Может, посторонний. Ирпень — киевский спальный район, люди здесь часто друг другу чужие. За ними семенит пожилой мужчина. Он уже прошел по хилым доскам, брошенным на камни, по палетам, из которых соорудили шаткий мостик. Теперь мы замечаем голову еще одного пса — между спиной полицейского и лицом пожилого мужчины. Косматая черно-белая морда. Бордер-колли? С высунутым языком, на руках у кого-то, кому он безоговорочно доверил свою безопасность. Мы не видим, кому — его загораживает хозяйка сумки Hello Kitty.

Остальные изгнанники ждут на дальнем плане, их лица размыты — они еще на том берегу, но вот-вот перейдут реку. Все время слышны выстрелы, о чем мы знаем от Михайло Палинчака, автора второго снимка. Он был сделан в тех же обстоятельствах. Но не под мостом, а выше.

Мост на фотографии Михайло перекорежен, лежит, как пойманное животное, которое охотники только что подстрелили. Его стальные, еще теплые потроха высятся за несколькими человеческими фигурами. Им как раз удалось перейти через реку и взобраться наверх. В центре снимка — пожилая женщина: очки, куртка до колен, на правом предплечье белая повязка. Правая рука схватилась за спасительную руку мужчины с автоматом. С левого плеча женщины свисает дворняжка. Она доверяет своей хозяйке, знает, что та ее не уронит. Пес для женщины — явно важен. Может, важнее всего — кроме него женщина взяла с собой только черную сумочку и небольшой рюкзак. На фотографии она ступает по неровным бетонным плитам, поэтому слева кто-то ее поддерживает. Другой мужчина. Не тот с автоматом через плечо, а с фотоаппаратом на шее. В бронежилете с надписью PRESS. Это Макс Левин — автор первого снимка. Из всех людей, запечатленных на этих двух фотографиях, только его фамилия нам известна. Это он несколькими днями ранее снял дроном разбомбленную многоэтажку в Бородянке.

«Мы с Максом не были друзьями, — говорит фоторепортер Михайло Палинчак, — не ходили друг к другу в гости. Я знаю, что у него было четверо сыновей. Мы виделись на съемках, на работе. Может, раз сходили выпить пива. А тогда мы сделали то, чего не делали никогда раньше. Мы обнялись. Под этим мостом. И каждый пошел фотографировать. Смотрю, а Макс не снимает, а помогает пожилой женщине с собачкой».

Четыре дня спустя рашисты убили Макса в лесу неподалеку. Он поехал туда с коллегой, Олексием. Они искали свой упавший дрон. Попали в кацапские лапы. Было 13 марта 2022 года. 31 марта, когда украинцы выгнали русню из-под Киева, они обнаружили сожженную машину Макса. Рядом сгоревшие останки Олексия. На другой день в семнадцати метрах оттуда обнаружили тело Макса. В него выстрелили трижды. Раз издалека, два раза вблизи. Пришлось ли ему, раненому, смотреть, как живьем горит Олексий? Приказали ли они Максу снять ботинки? Или сняли их с него сами после третьего выстрела? Ботинки были добротными, на годы. Тело Макса нашли босым. Кто-то из убийц надел его обувь? И расхаживает в ней до сих пор?

Благодарим издательство Wydawnictwo Literackie за возможность публикации.

Переводчик Полина Козеренко, редактор Ольга Чехова