Сколько судей заседает в Конституционном суде? Кажется, что это простой вопрос для старшеклассников, сдающих выпускной экзамен по обществоведению. Однако в сегодняшней Польше на него нет простого ответа. Или, скорее, ответ зависит от того, кого мы спросим.
Теоретически Конституционный суд играет одну из важнейших ролей в польской политической системе. Его деятельность закреплена в конституции. Он должен состоять из 15 судей, избираемых Сеймом на девятилетний срок. КС выносит решения по ключевым вопросам: разрешает компетенционные споры между центральными государственными органами и, прежде всего, проверяет соответствие конституции законов и международных договоров.
Второе полномочие — особенно эффективный инструмент. Своим вердиктом Конституционный суд может отменить любое положение любого закона, и его решение не подлежит обжалованию. Закон просто перестает действовать. В новейшей истории Польши КС таким образом заблокировал не одно изменение, продвигаемое парламентским большинством. Неудивительно, что это была институция, которой опасались политики, находящиеся у власти.
За последние 10 лет КС почти утратил свою легитимность, а следовательно, способность к формированию права. Сегодня общественность уже не ждет, затаив дыхание, его решений, как это бывало в 1990-х или 2000-х. Правовой спор о Конституционном суде после множества поворотов и виражей зашел в тупик, и уже мало кто понимает, в чем вообще дело.
Большой зал Конституционного суда. Источник: Адриан Грыцюк / WikimediaНачало кризиса
Чтобы попытаться распутать этот узел, нам нужно вернуться в весну 2015 года. Правившая тогда партия «Гражданская платформа» (ГП) ожидала, что проиграет осенние выборы и уступит власть своим соперникам из «Права и справедливости» (ПиС). Политики решили подстраховаться. Без широких консультаций они изменили закон о Конституционном суде так, чтобы иметь возможность избрать судей «в запас» — то есть заранее занять места тех, чьи полномочия истекали только после запланированных на октябрь выборов.
Существует огромная опасность, что работа суда будет заблокирована как минимум на несколько месяцев, в результате чего он не сможет выносить вердикты в полном составе. В связи с этим, после долгих дискуссий, мы приняли решение, что лучше еще в течение нашего срока полномочий избрать судей на место тех, чей срок заканчивается.
Оппозиция рвала и метала, конституционалисты выражали сомнения, но правящее большинство не отступило. Перед самой передачей власти оно избрало пятерых новых судей КС. Сроки полномочий троих из них истекали еще при старом составе парламента, а у двоих — только после выборов.
Когда в октябре 2015 года, как и ожидалось, победу одержала партия ПиС, она сразу принялась отменять решения своих предшественников. Партия Ярослава Качиньского держала в руках все козыри: самостоятельное большинство в Сейме и в Сенате и выдвинутый ею президент Анджей Дуда. Как только новый парламент был сформирован, депутаты «Права и справедливости» изменили закон о Конституционном суде и приняли постановление, аннулировавшее недавнее избрание пяти судей, а на их место сразу же назначили своих кандидатов.
Я не вижу ничего плохого в оперативном принятии решений. Действовать нужно быстро, ведь если речь идет о серьезных ошибках, чреватых серьезными последствиями, медлить нельзя.
Так началась «война за Конституционный суд». Теперь о нарушении закона заявляла оттесненная в оппозицию «Гражданская платформа», на улицы вышли протестующие, был создан Комитет защиты демократии, организовывавший демонстрации. Политическая температура молниеносно взлетела, а в адрес ПиС посыпались обвинения в авторитаризме и даже в установлении диктатуры.
Ночная присяга, дублеры и скандалы
В такой напряженной обстановке произошло одно из самых известных событий периода правления правых — ночная церемония принесения присяги. Президент Анджей Дуда принял присягу у пятерых новых судей КС, избранных Сеймом, в ночь с 2 на 3 декабря 2015 года, тихо, без традиционного торжества с участием СМИ. Глава государства спешил, потому что знал, что уже на следующий день по этому вопросу выскажется сам Конституционный суд.
Малый зал Конституционного суда. Источник: Адриан Грыцюк / WikimediaРеакция, действительно, не заставила себя ждать. КС, в составе которого еще оставались старые судьи, вынес соломоново решение: он признал, что «Гражданская платформа» законно выбрала троих из пяти судей. Согласно этому решению, ПиС могла занять только две вакансии. Однако партия Ярослава Качиньского не признала этот вердикт, а сформированное ею правительство начало воздерживаться от публикации решений КС.
Таким образом, возникла патовая ситуация. Троих судей, избранных новым большинством, оппозиция назвала дублерами, поскольку они были назначены на уже занятые должности. Партия ПиС, в свою очередь, подчеркивала, что, поскольку судьи успели принести присягу перед президентом, то они с полным правом могут заседать в КС и выносить решения.
Началась открытая война между исполнительной и законодательной властью с одной стороны, и судебной — с другой. Партия ПиС принимала один за другим законы, призванные урегулировать этот вопрос в ее пользу, а Конституционный суд их отклонял. Противостояние продолжалось до конца 2016 года, когда истек срок полномочий тогдашнего председателя КС Анджея Жеплиньского. На его место была избрана Юлия Пшилембская, назначенная в КС уже новым Сеймом и считавшаяся не столько лояльной, сколько просто послушной партии Ярослава Качиньского.
С течением времени и окончанием полномочий судей партия «Право и справедливость» заполняла освобождавшиеся места в КС. Вскоре большинство в нем получили судьи, благосклонные к власти. Среди них оказались даже бывшие депутаты от ПиС — политики Кристина Павлович и Станислав Пётрович, действовавшие на оппозицию, как красная тряпка на быка. Их избрание с формальной точки зрения не вызывало возражений, но было ясным сигналом со стороны Ярослава Качиньского о том, что именно он контролирует Конституционный суд.
КС стал трофеем в политическом конфликте. От его былого престижа остались лишь воспоминания. Оппозиция не признавала вердиктов суда, аргументируя тем, что в его составе заседают дублеры. В свою очередь, ПиС могла быть уверена, что решения будут выноситься в ее пользу.
Переломный момент, который не наступил
Правящее большинство даже начало использовать Конституционный суд для продвижения непопулярных изменений, которые опасалось ставить на голосование в Сейме. Так было осенью 2020 года, когда суд признал неконституционным одно из трех оснований, позволяющих легально прерывать беременность. И без того жесткий закон, запрещающий проведение абортов, после этого решения стал еще более суровым.
#WomenStrike в Варшаве. Источник: Гжегож Жуковский / FlickrНа улицы по всей Польше вышли сотни тысяч людей, а Ярославу Качиньскому пришлось столкнуться с одним из самых серьезных кризисов в своей карьере. Не помогли и объяснения, что «ужесточение закона было решением независимого Конституционного суда». По общему мнению, вердикт КС был просто политическим решением, принятым руководством партии «Право и справедливость».
Переломным моментом должны были стать парламентские выборы 2023 года, в результате которых партия Качиньского утратила власть. Новое правящее большинство во главе с лидером «Гражданской платформы» Дональдом Туском в ходе предвыборной кампании обещало, что наведет порядок в Конституционном суде.
Однако надежды избирателей оказались тщетными. Новое правительство еще больше обострило кризис, не признавая решений КС и отказываясь их публиковать. Оно обосновывало это так же, как и раньше — в составе суда по-прежнему заседали дублеры.
Очередной шанс на перемены появился в конце 2024 года. Тогда истекали девятилетние сроки полномочий дублеров, и казалось, что спор вокруг их постов естественным образом угаснет. Однако этого не произошло. Правящая ГП не спешила заполнять вакансии в Конституционном суде, придумывая все более замысловатые юридические аргументы. Системный паралич продолжался в полную силу.
Государство без Конституционного суда
В марте 2026 года правящее большинство наконец решило заполнить вакантные места в КС, число которых к тому времени увеличилось до шести. На этот раз на пути встал новый президент Кароль Навроцкий, тоже связанный с ПиС. Он согласился принять присягу лишь от двух судей, отметив, что не согласен с избранием всей шестерки.
В сложившихся обстоятельствах остальные судьи принесли присягу не перед президентом, а в Сейме. Глава канцелярии президента Збигнев Богуцкий назвал происходящее фарсом, а четырех новых членов КС — антисудьями.
Итак, по истечении 11 лет конфликта Конституционный суд вновь находится в исходной точке. Статус части судей подвергается сомнению одной из сторон политической дискуссии, а другая сторона не признает и не публикует решений КС.
Политики ведущих партий, хотя официально и выражают обеспокоенность ситуацией, похоже, понимают, что она для них выгодна. С обезоруживающей откровенностью высказался заместитель министра юстиции Аркадиуш Мырха.
Польское государство за последние годы научилось функционировать без Конституционного суда.
Конституционный суд, который на протяжении многих лет был сдерживающей силой для тех, кто находился у власти, больше ни для кого не помеха. И нет никаких предпосылок к тому, чтобы в ближайшее время ситуация изменилась.
Переводчик Сергей Лукин, редактор Ольга Чехова
