Не является ли разговор о Полекзите проявлением истерии, которая нередко встречается в польской политике? Ведь, согласно исследованиям, поляки решительно выступают за членство в Европейском союзе. Как показывают результаты опроса, проведенного в январе одним из ведущих исследовательских центров CBOS, в настоящее время 82 % респондентов выступают за то, чтобы страна осталась в составе ЕС. А против всего 14 % — даже тех, кто поддерживает углубление интеграции с Евросоюзом больше: этого хочет более четверти поляков. С другой стороны, чуть меньшая часть респондентов выражает энтузиазм в отношении усиления роли национальных государств и, как следствие, ослабления сотрудничества. В то же время, треть поддерживает сохранение статус-кво. И все же, ключевая цифра говорит о том, что более 8 поляков из 10 хочет быть в Евросоюзе.
Меня не убеждают заверения, что до антиевропейского перелома в Польше еще далеко. Важна тендеция тренд и полная беззащитность правых перед антиевропейскими настроениями.
Конрад Шиманьский — не единственный, кто бьет тревогу.
С 2022 года поддержка членства в ЕС снизилась в Польше на 10 %. Следует, однако, подчеркнуть, что, скорее, именно та рекордная поддержка в 92 % была аномалией, а не нормой. Просто перед лицом полномасштабного вторжения России в Украину ЕС еще больше стал синонимом безопасности и единства Запада. Возвращение к уровню 82 % — это, по сути, возвращение к среднему уровню поддержки. В определенные периоды он был даже на несколько пунктов ниже; такие колебания обусловлены текущей политической ситуацией в стране.
Цитируемое исследование CBOS представляется лучшим индикатором общественного настроения, поскольку, благодаря тому, что оно проводится регулярно, оно отражает тенденцию. Из соображений объективности следует добавить, что опросы других центров (Pollster для Super Express и IBRIS для WP) показывают, что противников Евросоюза больше — от пятой части до четверти граждан страны. Сторонников ЕС по этим расчетам меньше, к ним относятся около двух третей поляков.
Но достаточно ли этого, чтобы говорить о реальной угрозе Полекзита? Отчасти опасения, которые сейчас высказываются публично, — это следствие сильных политических эмоций, большого недоверия одной части общества к другой, то есть традиционной польской поляризации. Сильно упрощая, можно сказать, что более открытая и прогрессивная часть граждан требует более тесных отношениях с либеральной Западной Европой (в том числе с Германией), тогда как более консервативная часть общества воспринимает европейский либерализм как угрозу и с недоверием относится, в частности, к Брюсселю, Берлину и Киеву. Она также питает опасения в отношении России, но — судя по высказываниям политических и интеллектуальных лидеров — гораздо больше негативных эмоций у этой части поляков вызывают именно немцы и украинцы.
Сторонники европейского курса постоянно опасаются, что их более радикально настроенные соотечественники будут саботировать западный цивилизационный выбор, и эти опасения то и дело подпитываются какими-то событиями. Так произошло недавно, когда президент Кароль Навроцкий наложил вето на закон касающийся инструмента ЕС SAFE, который позволяет брать совместные кредиты ради для укрепления европейской оборонной промышленности. Проевропейские противники президента напомнили тогда о так называемой Тарговице, то есть конфедерации польских магнатов конца XVIII века, которые под покровительством российской императрицы Екатерины II и ее армии устроили заговор против принятой либеральной конституции и ее сторонников. Другими словами, польско-польский спор уже настолько стар, что имеет свою мифологию и историческую память.
Градус напряженности внутри общества повышают две основные политические партии: центристская «Гражданская Коалиция» и все более радикально правая «Право и Справедливость». Именно такого рода политического соперничества следует ожидать в ближайшие месяцы в связи с осенними парламентскими выборами 2027 года — запугивание Европейским союзом с одной стороны и Полекзитом — с другой. Это, однако, все более благодатная почва, на которой в будущем может разыграться драма Полекзита.
В Польше положительное отношение к ЕС зависит, в частности, от уровня доходов и от политических предпочтений. Как следует из опроса CBOS, поддержке членства в ЕС способствуют высшее образование, высокие доходы и удовлетворенность собственным материальным положением. Полекзит чаще одобряют жители сельской местности. За членство в ЕС высказываются почти все избиратели, идентифицирующие себя с левыми, а также 86 % тех, кто причисляет себя к центристам. Среди тех, кто придерживается правых взглядов сторонники ЕС все еще в большинстве, но это уже только две трети из них.
Как отмечает Войцех Шацкий, аналитик центра Polityka Insight, из партий, которые почти наверняка войдут в будущий Сейм, открыто говорит о Полекзите лишь одна — радикально правая «Корона» Гжегожа Брауна.
Это не главный их постулат, но он раз за разом звучит в их высказываниях. Подозреваю, что речь идет о том, чтобы отличаться от других, проявить себя как наиболее сильное объединение и собрать голоса тех избирателей, которые хотят Полекзита. Данные опроса CBOS показывают, что электорат Брауна в этом вопросе разделен примерно пополам.
Политики ПиС не призывают к выходу из Евросоюза, но все более яростно нападают на него — призывают выйти из европейского Зеленого пакта и системы ETS (схема торговли выбросами ЕС), не соблюдать соглашение с Mercosur Крупнейший экономический и политический торговый блок в Южной Америке, основанный в 1991 году. Его цель — создание общего рынка, свободной торговли и свободного передвижения товаров и услуг. и не брать денег из программы SAFE. Однако недавно избранный кандидат на пост премьер-министра от ПиС Пшемыслав Чарнек представляет более радикальное крыло партии. В прошлом он угрожал, что если Евросоюз не будет слушать Варшаву, то поляки могут организовать референдум о выходе из ЕС.
«Конфедерация» не выражает четкой позиции по этому вопросу; допускаю, что многие политики этой партии могли бы выступить с идеей Полекзита, но решили пока этого не делать. 64 % их электората поддерживают членство в Евросоюзе, поэтому нет предпосылок для подобных лозунгов.
Антиевропейские лозунги составляют неотъемлемую часть программы антисистемных партий, которые также настраивают избирателей против немцев, украинцев, зеленой трансформации и либеральной демократии. Брекзит показал, что многолетнее очернение Европейского союза приносит свои плоды. Войцех Шацкий прогнозирует, что такая слепая критика Евросоюза ради текущих политических интересов с большой вероятностью приведет ПиС к лозунгам о Полекзите. Однако он считает, что этого не произойдет, пока партией руководит Ярослав Качиньский, который не готов перейти этот Рубикон, а после его ухода партия может расколоться на два лагеря, один из которых будет призывать к выходу из европейского сообщества.
Пять с лишним лет назад аналитики из Европейского совета по международным отношениям (ECFR) опубликовали доклад под знаменательным заголовком «Консенсус поляков по европейским делам иссяк». Авторы исследования предупреждали, что положительное отношение поляков к ЕС тревожно поверхностно. Более половины заявляло, что — вопреки европейским соглашениям — польский закон «иногда может преобладать» над законами ЕС, 37 % поляков считало, что «польские ценности находятся под угрозой в Европе», лишь 30 % доверяло Европейской комиссии, а более половины признало, что «мы должны рассчитывать только на себя» (а не на ЕС или кого-либо еще). Соавтор доклада Петр Бурас еще раньше, в 2016 году, предупреждал, что проевропейский консенсус в польской политике исчерпал себя, а политики ПиС уже тогда говорили больше об угрозах, чем о возможностях, связанных с членством в ЕС, и что «около трети поляков теоретически за Европу, но на практике во многих отношениях против».
Исследования подтверждают, что положительное отношение поляков к ЕС основано, прежде всего, на соображениях выгоды. По данным последнего опроса CBOS, чаще всего упоминаются: открытые границы, возможность трудоустройства на территории ЕС, фонды Евросоюза и улучшение инфраструктуры в стране. Подобные взгляды связаны, в частности, с тем, что такую перспективу — убеждение в преимуществах ЕС с помощью аргументов экономического характера — продвигают политики и публичные фигуры, выступающие за членство в европейском сообществе. Второй проевропейский нарратив апеллирует к западной цивилизационной альтернативе и боязни России. Меньше говорится об общих ценностях, традициях или даже европейской идентичности, параллельной польской.
В свою очередь, противники Евросоюза, помимо выгоды, говорят также о защите суверенитета (от Брюсселя и Берлина), идентичности и традиций — от мигрантов. Это вопросы, вызывающие крайние эмоции, то есть чрезвычайно удобные в эпоху популистской политики. К этому добавляется эффект поляризации: раз одни за, то другие должны быть против. А у замкнутой в пузыре правой идеологии аудитории нет шансов — как пишет Шиманьский — избежать «упрощенной, сведенной к мему, нередко открыто дезинформирующей антиевропейской пропаганды».
Неприязнь избирателей ПиС к Брюсселю усугубил также разгоревшийся несколько лет назад спор о верховенстве закона. Правительство, сформированное этой партией и ее коалиционными партнерами, пыталось ограничить независимость судебных органов в Польше, а Европейская комиссия и законодательство ЕС в то время были главными союзниками защитников либеральной демократии.
Именно отсутствие честного разговора о преимуществах уступки части суверенитета остальной Европе было, по мнению Конрада Шиманьского, первопричиной осуществленного правыми силами Брекзита. А эти плюсы заключаются, конечно же, в том, что поодиночке странам трудно противостоять имперской России, производственной мощи Китая, все более влиятельным технологическим гигантам и все более агрессивному Дональду Трампу — перед лицом этих угроз европейские государства могут защитить свой суверенитет только вместе.
По мнению Шиманьского, у многих аспектов выхода Великобритании из Европейского союза есть прямые аналоги в современной Польше.
На протяжении долгих лет членства, вместе с остальным политическим классом, правые культивировали поверхностное представление о преимуществах интеграции в ЕС, сводя их к прямым трансфертам из бюджета Евросоюза. Когда выявились более сложные дилеммы политики ЕС в сфере экономического управления, торговой политики, климата или конкуренции, многие лидеры общественного мнения производили впечатление искренне удивленных тем, что ЕС — это не только, и даже не в первую очередь, дотации на сельское хозяйство и строительство дорог.
Бывший министр добавляет, что растущее среди поляков разочарование в Евросоюзе подпитывается патернализмом и высокомерным отношением старых государств-членов к странам на востоке сообщества.
Этот комплекс одинаково силен в различных лагерях. Среди либералов и левых сил он иногда приводит к чрезмерной корректности, тогда как среди правых проявляется в виде склонности к эскалации на почве национального достоинства по любому поводу.
В ответ на эти антиевропейские нападки либеральные и левые сторонники ЕС ограничиваются лишь угрозами (порой истерическими) Полекзита и убеждением избирателей в финансовых и экономических выгодах. Эффективность подобных стратегий представляется сомнительной. Особенно разочаровывающим, может оказаться формирование положительного восприятия ЕС, построенное исключительно на финансовых выгодах. Исследователи и политики опасаются, что отношение поляков к Евросоюзу может резко измениться, когда Польша перестанет получать из общего бюджета больше средств, чем в него вносит, как это происходит до сих пор. Изменения неизбежны, независимо от того, как быстро Украина интегрируется в Евросоюз, ведь также благодаря поддержке остальных стран-членов ЕС поляки значительно обогатились. Недовольство и разочарование, конечно же, подогреваются российской дезинформацией.
Британцы показали, что политический эгоизм, манипуляции и дезинформация, усиление поляризации и политические эмоции, а также нерешенные социальные проблемы могут на удивление быстро сформировать большинство, выступающее за выход из Европейского союза (о котором сегодня сожалеет большинство британцев). Урок заключается в том, что не следует недооценивать значение нарратива о Полекзите, даже если поначалу кажется, что он не находит отклика.
Переводчик Сергей Лукин, редактор Ольга Чехова
.jpg?updatedAt=1773668922660&tr=w-1536%2Ch-1024%2Cq-100%2Cfo-auto)
