Все началось весной 1967 года, когда заместитель министра культуры и искусства ПНР Тадеуш Заорский предложил режиссеру Станиславу Ружевичу создать и возглавить новую киностудию. В первую очередь, речь шла о том, чтобы привлечь молодые таланты, то есть дать возможность представителям нового поколения раскрыть себя.
43-летний Ружевич, к тому времени постановщик 11 игровых фильмов, лауреат престижного «Золотого льва» Венецианского международного кинофестиваля, находился на пике карьеры и вовсе не хотел ничем руководить. Тем не менее, замминистра сделал ему уже второе предложение, и на этот раз отвертеться не удалось.
Как показало время, чиновник не ошибся — Ружевич не только пользовался большим авторитетом в киносообществе, но и сумел создать действительно уникальную студию. Именно он и предложил это название — TOR («путь»).
Давно известный многим кинематографистам адрес — Варшава, улица Пулавская, 61 — появился не сразу. Вначале студия разместилась в галерее «Кордегарда» на улице Краковское Предместье. Позже кинематографистам передали помещение на Пулавской, из которого незадолго до того выехал легендарный сквот и социально-культурный центр «Сирена».
Помещение было в полуразрушенном состоянии. Нам пришлось все восстанавливать с нуля, мы ездили по магазинам, покупали мебель и шторы. Ну и начали работать.
Первым режиссером, которого Ружевич зачислил в штат новой киностудии, стал недавний выпускник Лодзинской киношколы Кшиштоф Занусси. Ружевич, который там преподавал, помог этому юноше, когда у него возникли проблемы с дипломным фильмом «Смерть провинциала» — деканат хотел фильм зарубить, а дипломника отчислить. За него вступился Ружевич и опекал до самой защиты диплома. Спасенная короткометражка впоследствии собрала множество премий на международных кинофестивалях.
Логотип киностудии TOR. Источник: пресс-материалыНа студии TOR Занусси запустился со своим полнометражным дебютом «Структура кристалла» (1969). За монтажным столом фильм не складывался, отснятый материал казался режиссеру скучным и он опустил руки. Ружевич посоветовал просто сократить ленту до 75 минут — это минимальная продолжительность полнометражного фильма.
Я услышал тогда самый разумный совет, какой только можно получить от продюсера. Конечно, нелегко кастрировать собственный фильм. Но когда ты уже чувствуешь, что провалился, тебе становится все равно. Наконец я дошел до того минимума, который люди могли высидеть. И оказалось, что «Структуру кристалла» можно смотреть. Сокращенный фильм вдруг ожил.
Фильм не только ожил, но и получил целый ряд премий на кинофестивалях в Польше, Аргентине, Испании, Панаме, Шри-Ланке.
«Мазепа» был бы удачным началом
Ружевич также хотел привлечь к сотрудничеству талантливого художника и плакатиста Валериана Боровчика, который уже восемь лет жил во Франции и снимал там экспериментальные и документальные ленты. В 1966 году он снял свою первую игровую короткометражку, получившую премии на престижных кинофестивалях в Берлине, Локарно и Кракове.
Ружевич узнал, что свой первый полнометражный фильм Боровчик хочет снять в Польше, — и написал ему. Тот воспринял предложение с энтузиазмом и вскоре прислал в Варшаву сценарий «Мазепы» по мотивам одноименной драмы Юлиуша Словацкого.
Это был хороший сценарий, с интересно прорисованными персонажами. Я решил, что «Мазепа» был бы удачным началом для TOR.
Но съемки не состоялись. Нашлись «доброжелатели» на других студиях, накинувшиеся на министерство культуры и искусства: дескать, зачем нам Боровчик, он и так может снимать на французские деньги, не стоит Польше на него тратиться. Министерские чиновники и сами были не в восторге от инициативы Ружевича: западные экспериментальные фильмы Боровчика считались в Польше порнографическими.
Режиссер болезненно пережил отказ. Фильм о Мазепе он все равно снял — через несколько лет во Франции. TOR же упорно добивался возможности заполучить его для сотрудничества и в 1974 году это, наконец, удалось. Боровчик экранизировал роман Стефана Жеромского «История греха», еще и сыграл там небольшую роль. Фильм попал в конкурсную программу Каннского кинофестиваля, где номинировался на «Золотую пальмовую ветвь», а также получил приз читателей журнала Film за лучшую за полвека любовную сцену. Ленту, ставшую культовой, приобрели кинопрокатчики многих стран, а также более 200 телекомпаний по всему миру.
TOR в конце концов открыл свою фильмографию психологической драмой самого Ружевича «Одиночество вдвоем», которая вышла на экраны в феврале 1969 года.
Самый интересный фильм столетия
Марек Пивовский пришел на студию с неожиданным предложением — снять игровой фильм-импровизацию. Режиссер раньше работал в документальном кино, для него было естественно запускаться без подробного сценария — достаточно нескольких страниц с перечислением будущих сцен, героев, ситуаций.
Плакат фильма «Рейс». Источник: Цифровое хранилище Национального киноархива / студия TORКак ни странно, министерство дало согласие на фильм «Рейс» (1970). Идея состояла в том, чтобы собрать на корабле колоритных представителей различных слоев общества и отправиться с ними в реальный рейс. Трое неизвестных публике актеров, выдавая себя за обычных пассажиров, будут выполнять задание режиссера — провоцировать на корабле определенные ситуации, а кинокамера зафиксирует реакцию людей: поддержку, несогласие, споры, конфликты, примирения и так далее.
Чиновники явно недооценили замысел Пивовского — получилась жесткая сатира на тогдашнее польское общество. Фильму присвоили самую низкую категорию и выпустили для проката лишь две копии. Тем временем, по Варшаве очень быстро разошлись слухи о сатирической комедии, прокатчики вставали за копиями в очередь, их крутили, что называется, до дыр. Не оставалось ничего другого, как сделать дополнительные копии. Фильм быстро стал хитом. Более того, через 29 лет, в 1999 году, когда популярный еженедельник Polityka, подводя итоги столетия, провел опрос читателей, оказалось, что именно «Рейс» люди считают самым интересным польским фильмом ХХ века.
Режиссер Эдвард Жебровский должен бы был появиться на студии еще в первые дни ее существования вместе со своим другом и соавтором Кшиштофом Занусси. Они вместе учились в Лодзинской киношколе, вместе снимали жилье, даже собирались делать совместный диплом — они вместе написали сценарий. Но арест в 1965 году по ложным обвинениям (ему вместе с его другом, писателем и сценаристом Иренеушем Иредыньским, инкриминировали изнасилование, но, на самом деле, все это инициировали спецслужбы, чтобы посадить Иредыньского) и восемь месяцев за решеткой изменили эти планы.
Жебровский начал сотрудничать со студией как сценарист — писал он, в первую очередь, для Занусси (был, в частности, соавтором сценария «Структура кристалла»), но также для Ружевича и других. Свой полнометражный режиссерский дебют «Спасение» он снял в 1972 году — ленту отметили премиями кинофестивали в Польше, Болгарии, Испании и США. Все свои последующие фильмы — а их было, к сожалению, всего три — он тоже снял на этой студии. Когда выяснилось, что из-за прогрессирующей болезни Жебровский больше не в состоянии выходить на съемочную площадку, он вернулся к сценарной работе и продолжил сотрудничество с TOR.
Кстати, талантливого Иредыньского студия тоже привлекла к сотрудничеству — конечно, уже после того, как он вышел на свободу. В частности, по его сценариям Роман Залуский снял в 1971 году «Кардиограмму», а Кшиштоф Кесьлёвский в 1974-м — свой первый игровой фильм «Подземный переход».
Золотые годы студии
Анджей Вайда появился на студии TOR в конце 1960-х годов. К тому времени он уже был звездой: его «Канал» (1957) завоевал приз на Каннском кинофестивале и выдвигался на «Оскар», а «Пепел и алмаз» (1958) получил премию на Венецианском кинофестивале. Режиссер пришел со своим давним замыслом — экранизировать рассказ Ярослава Ивашкевича «Березняк». И не просто перенести героев этого произведения на экран, но визуально погрузить их в эстетику картин Яцека Мальчевского. Так что он поставил очень высокую творческую планку.
Мальчевский, по моему мнению, единственный, помимо Анджея Врублевского, оригинальный польский художник — художник, который создал то, чего я больше нигде не видел. Поэтому я всегда хотел, чтобы в моем фильме появилась эта поэтика, это видение мира.
На съемочной площадке режиссер много импровизировал. Говорят, что вместо сценария у него был лишь поэпизодный план. Но творческий эксперимент оказался удачным: фильм, предназначенный для телевидения, выпустили и на большой экран в 1970 году. Он получил престижный приз Международной федерации кинопрессы FIPRESCI на фестивале в Милане, почетный диплом в Финляндии, ряд других наград, а также одобрительные рецензии кинокритиков во Франции и США.
В 1972 году в здании на Пулавской, 61 появился человек, ставший целой эпохой не только для студии TOR, но и для мирового кинематографа — Кшиштоф Кесьлёвский. Двумя годами ранее он защитил диплом в Лодзинской киношколе (куда, кстати, поступил с третьего раза), затем снимал документальные фильмы, среди которых был запрещенный для проката «Рабочие-1971: ничего о нас без нас», однако мечтал об игровом кино.
Возможно, это прозвучит немного нескромно, но это я привел на студию Кшиштофа Кесьлёвского. Как-то я встретил его на Студии документальных фильмов, и он признался, что с радостью снял бы что-нибудь на TOR, но не знаком с Ружевичем.
Жебровский сказал мне: «Слушай, есть такой молодой человек, Кесьлёвский его фамилия, мог бы он прийти к тебе?» Я сказал, чтобы он пришел, поговорим. У Кесьлёвского в творческом багаже было тогда несколько документальных фильмов, которые мне очень нравились.
Игровым дебютом Кесьлёвского стал получасовой «Подземный переход» (1974) по сценарию Иренеуша Иредыньского. Следующий его игровой фильм — часовой, для телевидения — «Персонал» (1975), по собственному сценарию, стал одним из первых фильмов нового направления, которое позже назвали «кино морального беспокойства». Свой первый полнометражный фильм «Шрам» (1976), несмотря на то что он получил «Золотую кисть» на фестивале в Лагуве и специальный приз жюри на фестивале в Гданьске, сам режиссер считал неудачным. А следующий его фильм «Покой» (1976) вообще не попал ни на фестивали, ни в кинотеатры — он лег «на полку». Сокрушенный неудачами Кесьлёвский вернулся на Студию документальных фильмов. Там удача как будто улыбнулась ему: его лента «С точки зрения ночного сторожа» (1977) получила престижную премию FIPRESCI на фестивале в Кракове.
Но режиссер, как и прежде, мечтал об игровом кино. Он написал автобиографический сценарий «Кинолюбитель» (1979) о человеке, снимающем документальные сюжеты, запустился с ним на студии TOR — и, наконец, успех. Фильм не только получил семь премий на разных фестивалях от Западного Берлина до Чикаго, но и сразу же выдвинул Кесьлёвского в ряд крупнейших европейских режиссеров.
Следующие вершины он покорял лентами, снятыми на киностудии TOR. «Короткий фильм об убийстве» (1987) получил в Каннах приз жюри и премию FIPRESCI, а также «Феликса — 1988» — награду Европейской киноакадемии за лучший европейский фильм года. «Декалог» (1980–1990) — цикл из десяти игровых фильмов для телевидения — удостоился премии FIPRESCI на Венецианском кинофестивале, некоторые серии были даже выпущены в кинопрокат. Фильм «Двойная жизнь Вероники» (1991) получил три приза в Каннах и был выдвинут от Польши на «Оскара».
Плакат фильма Кшиштофа Кесьлёвского «Короткий фильм об убийстве». Источник: архив FINAИ, наконец, трилогия «Три цвета» (1993–1994), ставшая финалом кинокарьеры Кесьлёвского. Первый фильм «Три цвета: Синий» завоевал «Золотого льва» в Венеции, три французских «Сезара» и испанскую премию «Гойя» за лучший европейский фильм года. Следующий, «Три цвета: Белый», был награжден «Серебряным медведем» в Берлине, испанским «Дон Кихотом» и «Золотой уткой» как лучший польский фильм года. В то же время, заключительный «Три цвета: Красный», хоть и попал в Канны и считался там главным претендентом на «Золотую пальмовую ветвь», остался без наград. Кроме этого, у него было три номинации на «Оскара», четыре на британскую премию BAFTA и шесть на «Сезара», но из всего этого он получил лишь одного «Сезара» — за музыку (композитор — Збигнев Прайснер). Конечно, были у этого фильма и награды — а именно Гран-при в Ванкувере и Вальпараисо или премии кинокритиков в Лос-Анджелесе и Нью-Йорке — но не на это рассчитывал прижизненный классик.
Как бы то ни было, из всей продукции студии TOR именно фильмы Кшиштофа Кесьлёвского получили самые престижные мировые премии.
На международных просторах
В 1979 году художественным руководителем киностудии TOR стал Кшиштоф Занусси, которого Станислав Ружевич когда-то первым зачислил в штат новой студии. Прошло 12 лет, и в конце 1970-х Занусси был уже одним из ведущих польских кинорежиссеров, снявшим такие известные фильмы как «Иллюминация» (1973), «Квартальный отчет» (1974), «Защитные цвета» (1977) и «Спираль» (1978), а также обладателем премий самых престижных кинофестивалей в Каннах, Венеции, Берлине, Локарно и других. Кроме того, его фильмы дважды выдвигались на «Оскара».
В 1980 году сразу два его фильма получили премии на главных мировых кинофестивалях: «Константа» — в Каннах, «Контракт» — в Венеции. В последующие годы его ленты также были отмечены в высшей кинематографической лиге: «Императив» (1982) получил специальный приз жюри в Венеции, «Год спокойного солнца» (1984) там же увенчали «Золотым львом», а «Жизнь как смертельная болезнь, передающаяся половым путем» (2000) получила четыре премии «Орел» Польской киноакадемии.
В 1990 году TOR начал сотрудничество с Ежи Сколимовским, который уже два десятилетия жил за пределами Польши, а теперь решил вернуться на родину и экранизировать авангардный роман Витольда Гомбровича «Фердидурка». Но что-то пошло не так — по ходу съемок стало очевидно, что это провал. Советы своего давнего приятеля Кшиштофа Занусси режиссер отвергал, и студия TOR вышла из проекта. Сколимовский завершил ленту с другим польским партнером, премьера состоялась в феврале 1992-го, но избежать поражения все же не удалось. Режиссер тяжело переживал это, в течение следующих полутора десятилетий появляясь на съемочной площадке в качестве актера в чужих фильмах. Потом он успешно вернулся в режиссуру, сотрудничая с другими польскими студиями.
В том же 1990 году среди режиссеров студии TOR появился датчанин Ларс фон Триер. В то время он еще не был так известен, как сейчас, но его полнометражный дебют «Элемент преступления» (1984) и следующий фильм «Эпидемия» (1987) принимали участие в главном конкурсе Каннского кинофестиваля, причем «Элемент преступления» номинировался на «Золотую пальмовую ветвь» и был признан Датской киноакадемией лучшим фильмом года. В Польше молодой режиссер снимал политический триллер «Европа» (1991), который имел огромный успех: он получил три премии на Каннском кинофестивале, а в Дании был признан лучшим фильмом года.
Известная венгерская кинорежиссер Марта Месарош, к тому времени уже обладательница Гран-при Каннского фестиваля и берлинского «Серебряного медведя» за выдающиеся достижения в области киноискусства, в 1996 году на студии TOR перенесла на экран биографию святой Эдит Штайн. Этот фильм, «Седьмая комната», удостоился специальной награды жюри Венецианского кинофестиваля.
В 2000 году началось сотрудничество TOR с Агнешкой Холланд. Точнее, с ней в качестве режиссера, ведь как актриса она снималась еще в 1972 году в «Иллюминации» Кшиштофа Занусси, а в 1976-м в «Шраме» Кшиштофа Кесьлёвского. Теперь она была уже известным кинорежиссером, обладательницей приза Каннского кинофестиваля и лауреатом «Золотого глобуса». На студии TOR она сняла фильм «Юлия возвращается домой» (2002), который пригласили на главный конкурс Венецианского фестиваля, а через несколько лет экранизировала роман Ольги Токарчук «Веди свой плуг по костям мертвецов» (еще до Нобелевской премии писательницы) — фильм под названием «След зверя» получил «Серебряного медведя» в Берлине, Гран-при в Монреале, премию Европейской киноакадемии и другие награды.
*
Сборник фильмов киностудии TOR. Источник: AllegroКонечно, наследие киностудии TOR не исчерпывается перечисленными лентами — всего здесь снято более 100 художественных фильмов, а также документальные и телефильмы, телесериалы, выпущены совместные работы с другими странами — Францией, Испанией, Данией, Швецией, Германией, Италией. Последняя студийная лента «Эфир» была снята совместно с Украиной, Литвой и Венгрией. Ее поставил Кшиштоф Занусси по собственному сценарию, премьера состоялась в ноябре 2018-го.
3 сентября 2019 года министр культуры и национального наследия принял решение об объединении студии TOR с четырьмя другими студиями и создании на их базе новой Киностудии документальных и художественных фильмов. 1 октября того же года студия TOR, проработав 52 года и внеся весомый вклад в польскую культуру, закончила свое существование.
Переводчик с украинского Сергей Лукин, редактор Ольга Чехова
